Марафон — 7 апреля 2015 г. — архив 2015

XIV Всероссийский педагогический марафон учебных предметов — 7 апреля 2015 г.

Вот несколько фактов. Как известно, принята единая концепция преподавания истории в школе – так называемый Историко-культурный стандарт, на основе которого будут разрабатываться линейки учебников по Отечественной истории. Ведутся разговоры о том, чтобы создать единые учебники как для истории зарубежных стран (например, для изучения Всеобщей, то есть западной, истории), так и для других дисциплин, например, для литературы. Мы видим также, что, согласно недавно вынесенной на общественное обсуждение программе патриотического воспитания граждан РФ, воспитательная работа в нашей стране в значительной мере должна строиться на историческом материале. Точнее – на «уважении к Отечественной истории». Кстати, этому же событию – вынесению на общественное обсуждение программы патриотического воспитания – была посвящена редакционная статья вышедшего в этот же день номера «Независимой газеты».

Таким образом, история в который раз становится своеобразным полигоном для обкатки готовящихся образовательных новаций. Каким должен быть УМК по Отечественной истории, чтобы соответствовать историко-культурному стандарту (ИКС)? Об этом рассказал руководитель центра истории и обществознания, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН Кирилл Кочегаров.

Выяснилось, что авторы учебников должны придерживаться следующих принципов. В учебниках не должно быть не только выражения «монголо-татарское иго», но и, положим, «ордынское иго». В каждом учебнике, независимо от того либеральной он направленности или консервативной, в описаниях событий Октября 1917-го должна воспроизводиться одна и та же формулировка «Великая российская революция», и никакая другая. Почти весь XIX век, начиная от Александра I и заканчивая Александром II, сводится в одну главу «На пути к реформам». Как это соотносится с исторической традицией и с общепризнанными трудами многих уважаемых историков – вопрос.

Еще больший вопрос – как это соотносится с современными трактовками отдельных этапов исторического пути России. Ведь взгляды историков на политическую историю того же XIX века существенно изменились за относительно короткое время. Когда-то, в советские времена, как отметил кандидат исторических наук доцент РГГУ Дмитрий Олейников (он выступил на марафоне с лекцией «Реформы и реформаторы в России XIX века: «трудные вопросы» историко-культурного стандарта и современная историография»), главным тезисом в описании XIX века был такой: это – время страданий русского народа, который стонал от засилья самодержавия. В начале 1990-х основный акцент сместился на «усиление роли государства». А сейчас, по сути, происходит возвращение к сдержанной позиции В. О. Ключевского, который полагал, что главная проблема XIX века – это «взаимодействие государства и общества по пути трансформации общества».

– Но, к сожалению, в учебниках, как правило, преобладают упрощенные трактовки политической истории, – сетует Дмитрий Иванович. – А новые продвижения в историческом познании, современные взгляды исторической науки в образовательном процессе практически не представлены.

Не приведут ли новые инициативы людей, определяющих образовательной политику в России, к увеличению разрыва между исторической наукой и педагогической практикой? Не хотелось бы.

Во всяком случае, на Дне учителя истории и обществознания ряд мероприятий точно работал на сокращение этот разрыва. Расскажем еще об одном таком событии – встрече с профессором кафедры истории России средневековья и нового времени Историко-архивного института РГГУ Игорем Курукиным. Он познакомил коллег с пока еще малоизвестными в педагогическом сообществе источниками, которые проливают свет на некоторые дискуссионные проблемы истории России. К примеру, как жили крестьяне на Севере Руси в X–XIII веках? Типичное суждение школьного преподавания сводится к тезису: в то время крестьяне в основном существовали в условиях натурального хозяйства, жили бедно, поскольку «откуда на русском севере чему то взяться?». Но последние находки археологов дают нам совершенно иную картину: крестьянин в X–XI веках был не просто зажиточным, а скорее даже богатым человеком. На севере в местах селений крестьян археологи находят ларчики с драгоценностями, монеты, оружие. Откуда это все? Дело в том, что на Севере крестьяне занимались не сельским хозяйством, а промыслами. Пушнина приносила очень хорошие доходы. Но примерно с середины XII века пушного зверя в лесах стало существенно меньше, и важнейший источник жизнедеятельности иссяк. А ту еще на кризис наложилось ордынское иго (видите, пока еще можно использовать этот термин!). Вот тогда-то и произошел откат к натуральному хозяйству.

В конце выступления И. Курукина выяснилось, что у педагогов есть множество самых разных вопросов к компетентному докладчику.

– Вот Вы говорите, что при описании исторических событий мы часто употребляем современные слова, которые искажают суть. Но как же быть, если в XI веке никакого государства в современном понимании (с бюрократией, армией, полицией и другими институтами) не было, а слова, которое бы обозначало то, что тогда было, не существует?

– А вот интересно, откуда пошло рукопожатие на Руси?

– А у меня дети спросили, почему в России такой красивый желто-черный флаг поменяли на триколор?..

Знать бы еще: как сделать так, чтобы детского интереса и детских вопросов по предмету на уроках истории стало больше? Для тех педагогов, которым важно было услышать ответ на этот вопрос, прошла презентация преподавателя кафедры социального образования Санкт-Петербургской академии постдипломного педагогического образования (СПбАППО) Светланы Александровой. Она раскрыла педагогические возможности использования исторических карт в сочетании с элементами анимации (иллюстрации, схемы, условные обозначения). Оказывается, эти средства можно использовать для создания мотивирующих и других заданий в деятельностном ключе. Один из эффектов работы с такими заданиями состоит в том, что у детей повышается интерес к чтению исторических текстов.

В конце Дня состоялся дискуссионный клуб, где ведущий обозреватель журнала «История» вновь вернул коллег к осмыслению главного вопроса: каким быть школьному историческому образованию?

– Последнее время споры вокруг учебников истории сводятся к одному: рассказывать правду о прошлом или воспитывать патриотизм? – отметил Анатолий Берштейн. – Постановка вопроса, на мой взгляд, совершенно некорректная, потому что эти вещи взаимосоединяются. Если писать историю честно, это и будет патриотично. Более того, чем чаще употребляется слово «патриотизм», тем сомнительнее все, что ассоциируется с этим словом. Это понятие внутреннее, органическое. Зачем его постоянно употреблять? Зачем вместе с ним постоянно использовать слово «духовность»? Из-за частого употребления этих слов возникает какая-то пелена, за которой теряются смысл и содержание истории.

Иными словами, мы сегодня переносим в прошлое наши современные политические баталии и мифологизируем прошлое, что приводит к обрыву связи с историей.

Размышляя над этим, А. Берштейн вспомнил о понятиях «горячая и холодная память». Что за ними стоит? Есть общества, которые давно прекратили споры об истории. Они относятся к прошлому так: это было, это прошло, мы об этом помним и мы живем дальше. И есть общества, где люди постоянно спорят об истории, будоражат прошлое, нагнетают нервную обстановку вокруг исторических событий.

В этой связи ведущий поделился одним своим впечатлением, которое хотелось бы привести здесь. Однажды Анатолий Берштейн посетил с одним датчанином популярный датский военно-исторический мемориал (наподобие нашей Бородинской панорамы), посвященный одному событию 1868 года. Тогда датчане сражались с пруссаками. В том месте проводят экскурсии, показывают фильмы, раздают посетителям подарки. Все замечательно. И вдруг Анатолий Берштейн узнает, что Дания в том сражении потерпела поражение от пруссаков и потеряла часть своей исконной территории. «И я удивляюсь: как же так? Зачем сюда водят детские экскурсии? Что таким образом хотят воспитать у детей?». Ответ датчанина был таким:

– Мы воспитываем патриотизм. Мы говорим детям, что и в поражении можно сохранить человеческое достоинство. Можно и на оставшейся территории выстроить свою жизнь так, что она будет лучше, чем жизнь на оккупированной территории. Можно научиться относиться к этому смиренно и даже с чувством юмора. Но главное – воспитать человеческое достоинство, которое не исчезает с поражением.

Анатолий ВИТКОВСКИЙ

Марафон

← 2015 год в архиве